Рассел Кроу: я с подозрением отношусь к славным парням

Рассел Кроу: я с подозрением отношусь к славным парням

За неделю до мировой премьеры, публике показали новый фильм американского режиссера Шейна Блэка «Славные парни». В фильме рассказывается о непутевом, но очень обаятельном детективе в исполнении Райана Гослинга и угрюмом коллекторе, мечтающем о чем-то большем, в исполнении Рассела Кроу. Они объединяются, чтобы распутать дело об исчезнувшей девушке, которое оборачивается преступлением века. После премьеры картины в Канне Рассел Кроу рассказал в интервью РИА Новости о том, как публика приняла «Славных парней», о работе с Блэком и Гослингом, непростом актерском труде и носках с ромбами.

— Как вы себя чувствуете после премьеры? Теперь можно расслабиться после такого теплого приема в Канне?
— Это был невероятный риск — привезти такой фильм в Канн, потому что ты никогда не знаешь, насколько дружелюбной будет атмосфера. Он хорош для начала фестиваля или как фильм закрытия, но показывать его в середине, когда все заняты просмотром такого большого количества глубоких картин… Но во время показа, как только началась музыка в начальных титрах, все сразу обрадовались, зрители как будто говорили: «Да, давайте наконец-то повеселимся пару часиков». Фильм сопровождался аплодисментами, так что, очевидно, всем понравилось.

— Как вы готовились к роли?
— Никак. Я знаю, что это забавно звучит, но и у меня, и у Райана примерно один и тот же подход к этому, мы не делали ничего особенного. Конечно, ты смотришь на сценарий, на фильм в целом, но не было такого, что ты отходишь в сторонку и напряженно думаешь над этим. Это не такой фильм, сцены должны быть свежими, вы не контактируете слишком часто. Это не о том, что «ой, друг, может, встать вот туда, потому что так будет веселее», это не имеет к делу никакого отношения. Ты просто раскрываешь каждую сцену вместе каждый день. К счастью для нас, наш режиссер очень опытный, он прекрасно понимает, как работать с материалом.
— У вас была достаточно любопытная маркетинговая кампания для фильма — вы сняли несколько видео о том, как вы с Райаном ходите к психологу на терапию для семейных пар. По-вашему, насколько важно актерам нравиться друг другу, понимать друг друга во время съемок фильма?
— Химия — это очень забавная вещь. Это одна из тех вещей, которая выявляет всю алхимию фильма. Вы можете взять все самое лучшее — хороший бюджет, хорошие ресурсы — и превратить это в ничто, но некоторые люди могут взять 25 центов и катушку ниток и превратить это во что-то совершенно особенное. Обычно, когда зрители смотрят кино, они связаны с людьми на экране, и у тебя такое же чувство, когда ты на съемках. Секрет химии в том, что нужно слушать друг друга. У тебя может быть химия с человеком, который тебе не нравится, у которого другие политические убеждения, который по-другому видит мир. У вас по-прежнему может быть связь, потому что тебе просто нужно прислушиваться к нему. Мы с Райаном очень разные люди. Спорт играет в моей жизни очень серьезную роль, а ему абсолютно все равно. Но нам нравятся похожие фильмы, у нас одинаковые взгляды на то, что правильно, а что нет.

— Вы исполняли много драматических ролей, а тут вдруг комедия. Вы комфортно чувствуете себя в этом жанре?
— На самом деле, если посмотреть фильмы, в которых я снимался, можно понять, что в каждом есть какой-то краткий момент, когда ты смеешься над чем-то. Пара таких моментов есть в «Гладиаторе». Его характер очень серьезный, но это не мешает ему шутить с такими же рабами, как он. Во время всех этих схваток, смерти и прочего есть смешной момент. Вы должны понимать, что я знаю силу таких вещей, я часто использовал это. То же самое в «Играх разума», когда ты понимаешь, что он сумасшедший, но есть момент, когда он наслаждается чем-то, ты проникаешься этим героем. Это не только о смешных шутках, но и о том, как быть этой конкретной личностью в мире, созданном режиссером. Когда ты за пределами этого мира, ты понимаешь, насколько он абсурден, но герои, которых мы играем, верят в то, что находится у них перед глазами, вот почему это смешно. Это не комедия в традиционном смысле этого слова.

— Каких парней вы находите славными?
— Это забавно, потому что мне кажется, что это настолько пустая фраза, поэтому я думаю, что это идеальное название для этого фильма. Находится всегда так много людей, которых ты называешь славными, но в итоге они вызывают у тебя шок и разочарование. Как много политиков вы можете назвать хорошими? Люди голосуют за них, а потом понимают, что они все что угодно, но только не хорошие. Для меня важна доброта. Ведь вы можете пожать руку и быть милым со мной, но стоит ли за всем этим доброта или что-то еще. Поэтому я очень подозрительно отношусь к людям, которых называют славными. Мне кажется, это одна из тех фраз, которая ничего не значит.
— Вы сами выступали в качестве режиссера. Сделало ли это вас более толерантным актером?
— Я не думаю, что я когда-то преднамеренно был плохим или нетолерантным, я просто фокусируюсь на том, что я делаю. Я всегда пытался выстроить самые хорошие отношения с теми, с кем я работал. То, что мне довелось снимать фильмы, ничего не изменило в этом смысле. Моя нелестная ситуация складывается из таких ситуаций, как сейчас. Очень давно я промотировал один из своих фильмов, и у меня было интервью с журналистом из Нью-Йорка. Перед интервью у меня была фотосъемка, и на мне был костюм и носки с узором ромбиками. Я очень устал, и, когда началось интервью, я снял ботинки и сел на диван, скрестив ноги в этих носках. И вся статья в итоге была о том, что я «был холоден и равнодушен, как пантера, готовая к удару, надел свои носки с ромбиками, чтобы застать врасплох своих жертв». Моя реакция — чувак, отвали.
Все это было создано словами, и слова — очень мощная вещь, потому что, если люди хотят верить в это, они поверят. И в следующий раз, когда у тебя будет интервью, люди будут спрашивать: «А вы надели носки с ромбиками? Вы действительно пантера?» Нет, не надел, извините, если расстроил.

— Вы много импровизировали во время съемок фильма?
— Да, у Шейна очень много доверия к актерам. Конечно, иногда ему приходилось подходить к нам и говорить: «Хм, ну это придется переиграть», но в целом Райан жаловался довольно часто, что его героя в фильме называют идиотом, потому что он все время это слышал от съемочной группы. Люди смотрели на мониторы, наблюдая, как он в очередной раз делает что-то не так или роняет, и говорили: «О боже, ну что за идиот!»

— Каковы ваши дальнейшие планы? Хотите попробовать себя в качестве режиссера еще раз?
— У меня есть пара вещей, которые я планирую развить. Меня часто просят снять небольшие независимые фильмы, что прекрасно и мне очень льстит, но после таких масштабных картин, в которых я участвовал, я хочу сделать что-то подобное, хочу выразить себя. Я очень комфортно чувствую себя в этой кинематографичной среде. Я говорю на совершенно разных диалектах фильма — на языке операторов, костюмеров и визажистов. Я знаю, что нужно для всех этих элементов, чтобы они работали хорошо, это уже у меня в ДНК. Я хочу рассказать историю, и чем она эпичнее, тем больше она меня волнует. Давайте сведем всех с ума, для этого и делают фильмы.
— Вы взяли перерыв на полгода, чтобы просто побыть со своей семьей. Каково снова вернуться к работе?
— Я взял целый год на самом деле, я проводил время с детьми, водил их на спорт каждые выходные, и сейчас я должен вернуться на работу. Я сел в самолет, чтобы побыть вдали от дома неделю, но потом вышло, что я на работе уже больше месяца и меня не будет дома еще полтора месяца. Я не хотел этого, когда садился в самолет, но именно так и случается в этом бизнесе. Это очень тяжело, но это часть решения снимать фильм — быть в месте, где нет твоих детей. Это делает это решение очень сложным. Мне очень понравился прошлый год. Мы путешествовали по Австралии, делали много вещей вместе.

Новости партнеров

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>