В Мариинском театре спели оперу по повести Толстого «Казаки»

В Мариинском театре спели оперу по повести Толстого «Казаки»

Опера Леонида Клиничева «Казаки», прозвучавшая со сцены Мариинского театра, — мировая премьера. Идея переложить «кавказскую» повесть Льва Толстого на язык музыки принадлежит Ларисе Гергиевой, художественному руководителю Академии молодых певцов. Надо сказать, что в Мариинке произведения ростовского композитора Клиничева звучат не впервые: он любит и умеет переводить великую русскую литературу на оперный язык. Недавние премьеры «Бэла» и моноопера «Анна» (по прозе и стихам Анны Ахматовой) — тому подтверждение. Однако «Казаки», законченные Клиничевым всего несколько месяцев назад и воплощенные пока лишь в концертном исполнении, стали едва ли не главным событием сезона.

Одна из причин — роскошный и блистательный музыкальный материал, явленный нам. Клиничев, сам по материнской линии потомственный казак, давно «болен» этой темой. Рассказывает, что в детстве родители даже отбирали у него любимую книгу «Тихий Дон», опасаясь, что ребенок ничего не поймет во взрослом романе. Потом, уже будучи студентом Московской консерватории, Клиничев задумал написать по Шолоховской эпопее оперу. Даже переехал ради «казачьей темы» на Кубань. Опера та со временем превратилась в балет «Тихий Дон», а четыре сотни казацких песен, собранные автором во время фольклорных экспедиций, легли в основу «Казаков». Впрочем, роскошные и многочисленные хоры новой оперы — не цитаты из народных песен, а умело переплавленные в современный музыкальный язык авторские произведения.

Музыка Клиничева вообще очень живописна. Например, пролог его так и хочется назвать «пейзажем»: в нем слышится и томное раздолье южных долин, и звон цикад, и ароматы юга. В бравурном марше, венчающем радостный финал первого действия, ощутимо нарастание тревоги. А сцены с отцом Марьяны, где он, «как благородный человек», торгуется с Олениным, наполнены такими комическими диссонансами, что явно слышишь фальшь характера. Все либретто для своих опер композитор пишет сам, и стоит отметить, что перевод тяжелого языка толстовской прозы на «сценическое наречие», в данном случае удался ему великолепно. Дуэты и речитативы отнюдь не режут слух неестественностью, как это нередко случается в опере. Напротив! Чуть старомодная речь, попытки персонажей найти общий язык (дворянина Оленина — с людьми «из народа», слуги Ванюши — с «какими-то нерусскими православными»-казаками) наполнены чисто толстовской выразительностью. Кстати, арии и дуэты здесь зачастую звучат на фоне хоровых партий, что создает ощущение объема и разнообразия жизни.

В «Казаках» — огромный хор, занятый почти беспрерывно. Примечательно, что собран он целиком из солистов — воспитанников Академии молодых певцов.

— Нам было важно, — подчеркивает Лариса Гергиева, — показать мощь «казачьих» голосов. Хор из солистов — это редкий случай. Конечно, было непросто «причесать» их всех под одну гребенку, добиться не «пестрого», а единого, слитного звучания.

Это получилось. Оркестр под управлением молодого дирижера Заурбека Гугкаева звучит безупречно. А хоровые партии в «Казаках» — очень разные по смыслу, задачам, эмоциональному наполнению — пожалуй, самое впечатляющее, что есть в этой опере.

Нельзя не отметить и работу молодых солистов. Мария Баянкина (Марьяна), Ярослав Петряник (Оленин), Динар Джусоев (дед Ерошка), Денис Беганский (отец Марьяны) сумели исключительно вокальными средствами создать яркие, запоминающиеся характеры. Собственно, если когда-нибудь театр решит воплотить эту оперу в полноценный спектакль, режиссеру уже не будет труда создать образы персонажей: они все готовы, только разведи мизансцены!

Впрочем, Лариса Гергиева с такой постановкой вопроса не согласна:

— У нас по три состава на каждую роль. И каждый солист делает свой образ по-своему. Мы нарочно этого добивались: хотелось, чтобы каждый молодой вокалист сумел найти в роли нечто родственное себе, вытащил бы из классического толстовского текста, написанного полтора века назад, свои, понятные сегодняшнему молодому человеку мотивировки поступков, чувств, решений.

Возможно, еще и потому мариинские «Казаки» получились какими-то очень актуальными, возбуждающими живые эмоции. Лариса Гергиева вообще убеждена: многие произведения великой русской литературы просто просятся на оперную сцену. Недавняя успешная премьера «Идиота» в Мариинке — подтверждение тому. А в планах руководителя Академии молодых оперных певцов — поставить оперы «Скрипка Ротшильда» и «Преступление и наказание».

Что же касается репертуарной судьбы «Казаков»… Авторы надеются, что сумеют найти спонсоров для создания их сценической версии. Может, среди казаков?

Новости партнеров

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>